Виктор Калина c концертом в Ганцевичах – только 24 мая!

– Виктор, несколько лет назад вы уже приезжали в Ганцевичи с концертом, и в тот раз  Калину встречал полный зал зрителей. Не исключаю, что поклонники вашего творчества и сейчас будут рады посетить предстоящий концерт. Расскажите, как с тех пор изменился ваш репертуар и чем вы порадуете ганцевчан на этот раз? 

–  Последний раз в Ганцевичах я был очень давно, практически 6 лет назад. Наверное, срок почти «криминальный» – нельзя покидать своих поклонников так надолго. Это очень много – забываются лица, забываются песни. А я ведь совсем не медийная персона, в отличие от Саши Солодухи, например.

За эти 6 лет вышли 4 моих альбома, поменялись десятки программ. И, конечно, предстоящий концерт может оказаться определенным открытием для моих ганцевичских поклонников, потому что все будет новое – и песни, и программа. Радовать буду долго, около двух часов – халтурить я не люблю.

– С какого времени начался период Вашего творческого пути в качестве исполнителя эстрадного шансона? Каким количеством  песен и альбомов измеряется Ваш вклад в музыкальную «копилку»?

– В эстрадный шансон я начал уходить в 2005 году, начиная с альбомов «Озорной гуляка», «Старые друзья», «Золотые стрелочки». Однако спустя некоторое время в силу разных обстоятельств  оказался в местах не столь отдаленных, как это и происходит иногда со всеми нормальными мужчинами.

Там я написал очень много песен,  правда, изданы были всего два альбома классического шансона, но с эстрадной подачей. Вроде как я ушел в эстраду, но по тексту, сюжетам, переживаниям на тот момент все еще оставался в классике. А целиком погрузился в эстраду с альбома «Стихи на снегу».

И вот сейчас последний альбом, который вышел в прошлом году, – «Состояние души» – это уже чистая эстрада. Не попса, не популярная музыка. Я так и не смог преодолеть себя и писать легкие попсовые тексты. Я  поэт, и в моих музыкальных произведениях в первую очередь я – автор слов, на них я делаю большой акцент.

Не могу уйти в примитивизм. Я вырос на другой культуре – культуре качественной советской эстрады, хорошего русского рока. Мною написано около 600 песен и  200 стихов. Раньше писал больше, сейчас уже не хватает времени.

Я стал записывать один альбом в год-полтора, но мне кажется, эти альбомы стали очень весомыми, потому что я к каждой песне подхожу ответственно и серьезно. Появляются такие композиции, по которым меня уже не могут узнать поклонники из далекого прошлого.

– Не буду оригинален и все же спрошу об основной тематике ваших песен. Откуда черпаете идеи для них? Как рождаются ваши хиты?

– Репертуар у меня озорной, интересный. Но есть в нем место и грусти, и патриотическому блоку. Говорить об этом можно много, но лучше прийти и послушать. Основная тематика моих песен – любовь к женщине, отношения с женщиной. В общем, лирика. Откуда черпаю идеи? Из своей жизни, конечно.

Вообще шансон – это песня взрослого, самодостаточного, много повидавшего и испытавшего человека. Это рассказ его личной истории. И поэтому, так как последние 22 года я люблю одну женщину и мое сердце принадлежит только ей, конечно же, все песни написаны и посвящены именно ей.

Я здесь как рыба в воде – я люблю, и свои переживания как под копирку записываю в стихах, в гармонии, в нотах. Так и получается песня. Немного по-другому обстоят дела с песнями патриотическими: мне вообще близки военные люди, их истории, их подвиги. Я часто присутствую в гарнизонах, батальонах, бригадах, полках – в первую очередь, с благотворительными концертами. Отсюда черпаются темы патриотизма.

 

 – Виктора Калину некоторые считают и белорусским, и российским исполнителем. А Вы сами что думаете по этому поводу?

– В России я предпочитаю называть себя белорусским артистом – на этом в том числе зарабатываю дополнительные денежные знаки. Да и ни для кого не секрет, что все лучшее, самое качественное в России идет со знаком «Made in Belarus». Но открыла меня, конечно, Россия. И первая продюсерская компания тоже была российской – «Русский шансон».

Они меня пригласили в Москву, хоть я там и проживал до этого уже 8 лет. Предложение носило такой характер, что отказаться я не мог. Поэтому семьей переехали в Москву на постоянное место жительства. Хотя еще долгие годы, вплоть до 2011 года, мы жили на две родины: у нас были квартиры и в Минске, и в Москве.

Часто езжу в Борисов, родной мой город. Сам отношу себя и к белорусским, и к российским артистам. Я всегда говорю: «Называйте меня как угодно – блатным шансонье, представителем поп-музыки – только в печь не ставьте». Меня очень трудно вдавить в рамки одного жанра. Шансон – это песня, так это слово и переводится. Мой шансон – это песня от Виктора Калины.

– Выступать и собирать поклонников в крупных городах, наверное, значительно легче. Вы теперь гастролируете по городам Беларуси, в том числе и таким небольшим, как Ганцевичи. С чем это связано?

– Я по таким городам гастролировал всегда. Просто ваш город все эти 6 лет отказывал мне в концертной площадке. Я не понимаю, по каким причинам – можно только догадываться. Так что это не я к вам не ехал, это меня не допускали к моим ганцевичским поклонникам. Я бы не сказал, что в больших городах проще собирать людей.

В связи с украинскими проблемами, жестким российским кризисом все российские артисты поехали в Беларусь, и не только в крупные города. Допустим, приезжаю я в Барановичи – и одновременно со мной Михайлов. А за неделю до этого Лепс выступал. Не удивлюсь, если Стас Михайлов скоро приедет в Ганцевичи.

И вы не удивляйтесь – всем надо зарабатывать деньги: в России концерты у них срываются, а в Беларуси они себя чувствуют как рыба в воде. Вообще для меня не существует больших или мелких городов, есть зритель. В небольших, провинциальных городах он более благодарный, не такой избалованный, душевный.

Хотя в небольших городах труднее выступать, потому что люди более закомплексованы, сдержаны в проявлении своих эмоций. Вроде как все друг друга знают – а что скажут, а что подумают? По настроению, по чувству, значительно душевнее принимают как раз в таких небольших городах, как ваш.

У читателей «ГЧ» и пользователей сайта ganc-chas.com также была возможность задать свой вопрос Виктору Калине. Вот некоторые из них: 

Юлия:

– Здравствуйте, Виктор! Я ходила на Ваш прошлый концерт и сидела в третьем ряду. Мне очень нравится Ваше творчество. Мой вопрос такой: во всех Ваших клипах снимается одна и та же женщина. Расскажите, кто она? 

– Моя по-настоящему единственная большая любовь, с которой мы уже 22 года вместе. Она моя жена, в какой-то мере и мой директор. Кого еще снимать в клипах, если не ее? Хотя у меня и Ольга Фадеева в клипах снималась, и другие женщины. Но так как истории мои автобиографичные, то жена, конечно, первая актриса.

 Александр: 

– Виктор, Вы бы могли с нашими ребятами из города Ганцевичи записать совместную песню в стиле панк-хардкор?

– Это не моя стихия, не мое направление. Я в этом не много понимаю. Русский рок или же русский рэп мне близок. Мне нравится Баста, Каста. А вот как с вами получится – не знаю. Если вы мне передадите материалы, я обязательно послушаю – все возможно.

Елена Николаевна:

– Я крайне негативно отношусь к позированию с оружием в руках. Прокомментируйте, пожалуйста, фото, где вы направляете оружие на надпись«Смерть бандерлогам», расположенную на вывеске физиотерапевтического отделения реабилитационного центра. Что Вы хотели этим сказать?

– Сколько людей, столько и мнений – всем не угодишь. Да я и не собираюсь. Вы знаете жизнь из прессы и интернета, а я 7 раз побывал в Донбассе. Я находился с оружием в руках напротив вывески «Смерть бандерлогам». Бандерлог – это бандеровец, то есть человек, служивший Гитлеру. Вам, наверное, известно, что фашисты не всегда марали в крови свои руки – для этого у них были румыны, власовцы, бандеровцы.

Вы, наверное, знаете, что больше 1000 населенных пунктов было сожжено. И сжигали их как раз не немцы, а полицаи, в том числе и бандеровцы. Мою родную деревню Боровино в 1943 году сожгли целиком. 211 жителей сожгли, в том числе и моего двоюродного прадеда. Больше деревня не возродилась. Почему я с оружием? Потому что я немного военный человек, я воевал. Да, я совок, воспитанный в лучших традициях Советского Союза.

Я ведь не позировал перед вывеской «Смерть украинским солдатам». Нет, у них свой долг, своя присяга. У них приказ, своя история, своя родина. Они для меня не враги, а некоторые даже герои – если их руки не в крови мирных жителей, женщин, детей. Эта табличка была на госпитале МВД, туда меня с концертом привезло руководство «Беркута». Я под гитару для раненых и искалеченных мальчишек исполнял свои песни. Чем мог их поддерживал.

Я никогда не придерживался лозунгов идти на Киев, на Харьков. Прежде всего я гражданин Беларуси и все-таки более нейтрален. Хотя и стою на стороне людей, которые отстаивают свою свободу, независимость, культуру, желание говорить на русском языке. Что в этом плохого? Это не просто позерство, это моя гражданская позиция. Я считаю, что артист без гражданской позиции – это просто шут, лицо, забавляющее за деньги других. Что угодно за ваши деньги – тошнотворная философия.

Георгий Толин:

– Тяжело удержаться от того, чтобы не задать вопрос Виктору Калине, даже если только мельком взглянешь на его фото, «полное задора и огня». Поэтому вопрос мой не ради халявы окаянной, а дабы убедиться в наличии тех самых задора и огня не только на фото. Итак… невзирая на прогноз, формулирую вопрос! Какая связь между датами 4 мая и 24 мая, моей женой и Вами, Виктор? Желаю задористо-огненного ответа. 

– Вопрос больше похож на загадку. Может быть, ваша жена просто 24 мая родилась. Никакой связи у меня с ней нет, могу точно сказать. Связь у меня существует только с одной женщиной – духовная, нравственная, физическая в том числе. Поэтому можете спать спокойно, даже если мой плакат висит у вас в спальне.

Могу сказать только – хороший вкус у вашей жены. Мне будет очень интересно взглянуть на вас с женой и все-таки узнать, правильно я догадываюсь или нет. Мне будет приятно видеть вас на концерте.

Спасибо, Виктор, за откровенные ответы. Надеюсь, что ганцевчане будут рады вашему приезду, а самые преданные поклонники и поклонники получат автографы и смогут сфотографироваться на память.