Счастливый страдалец – верный служитель Богу
Ещё со школьных учебников биологии я знал об академике И.П. Павлове (1849-1936), учёном из области медицины, позже встречал его имя в вузовских учебниках. Но совсем недавно для меня стало настоящим открытием то, что Иван Павлов ещё в 1904 году стал лауреатом Нобелевской премии. Кроме этого, его духовным другом в жизни был мученик за веру христианскую Святитель Лука Крымский (в миру академик, доктор медицинских наук Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий). Я хочу на страницах газеты привести выдержки из переписок между этими знаменитыми православными людьми и друзьями. Мысли их уникальны и, по-моему, очень актуальны для нашего времени.
Земная жизнь архиепископа Луки закончилась 11 июня 1961 года, в День Всех Святых, в земле российской просиявших. Он был погребен в Симферополе на кладбище у храма Всех Святых
Узнав о 75-летнем юбилее великого физиолога, ссыльный епископ Лука отправил ему поздравительную телеграмму. Сохранился текст ответной телеграммы Павлова: «Ваше преосвященство и дорогой товарищ! Глубоко тронут Вашим теплым приветствием и приношу за него сердечную благодарность. В тяжелое время, полное неотступной скорби для думающих по-человечески, остается одна опора – исполнение по мере сил принятого на себя долга. Всей душой сочувствую Вам в Вашем мученичестве. Искренне преданный Вам Иван Павлов».
А вот ответ на другое поздравление. В 1934 году, отвечая на юбилейные поздравления наркома здравоохранения, академик писал ему: «Думаете ли Вы достаточно о том, что многолетний террор и безудержное своеволие власти превращают нашу и без того азиатскую натуру в позорно-рабскую? А много ли можно сделать хорошего с рабами? Пирамиды? Да, но не общее истинное человеческое счастье».
За эти слова легко можно было получить «вышку» или 25 лет «Колымы». Но с Божьей помощью беда обошла стороной святителя Луку. Он знал, что в любую минуту ночи могли прийти за ним, но он не боялся этой нечисти. Он боялся только Бога. Вот поэтому Бог спасал верного своего служителя до конца его жизни. Святитель Лука Крымский ненавидел ложь, обман, ну и, конечно же, лицемерие. О лицемерии он написал в одном из своих писем другу: «Что такое лицемерие? В нем так грозно упрекал Господь Иисус Христос начальника синагоги (см. Лк 13,117). Лицемерие свойственно очень многим из нас. Лицемер тот, кто носит маску благочестия, будучи в душе своей лишенным всякого благочестия. Лицемер тот, кто выражает любовь и верность ближнему своему, говорит ему добрые, хорошие слова, а в душе своей таит ненависть к нему, кует злобные ковы против него. Лицемер тот, кто прячет от окружающих его людей все недобрые, злые, черные движения души своей, все скверные мысли и говорит с ближним своим, притворяясь любящим, чистым сердцем, не имеющим ничего злого в душе своей…» Начальник синагоги был безжалостным, черствым, не любящим людей. Он заботился только о соблюдении буквы закона, а дух закона о любви к ближнему был чужд ему».
К сожалению, я встречал в своей жизни много людей, обладающих этой порочной чертой характера.
А почему же со мной так получалось? Я родился в деревне и продолжаю жить в ней. Многие деревенские жители изменились по сравнению с периодом жизни 30-ти и 40-летней давности. Люди не верят ни во что, они думают только об одном – как выжить. Их не интересуют никакая мораль, никакая духовность. Это очень печально и опасно. У нашего деревенского населения выработалась отрицательная черта характера – безразличие. Но пришли люди к этому не сразу. Шла длительная отрицательная работа по разрушению души крестьянина. За долгие годы социализма и колхозной жизни деревенские люди взяли себе в друзья двуличие, холуйство, хождение на лапках – все это можно назвать лицемерием.
Об этих вещах я знаю не понаслышке и знаю уже давно. В одно время мои подчиненные по работе стали называть меня «почетными кличками»: «Батька», «Папа», даже «Батька золотой». Кто же окрестил меня так? Конечно же, лицемеры. Они пытались взять меня в свой круг, но у них ничего не получилось. Правда, сначала мне было приятно от такого общения, а потом стало стыдно, неприятно и даже гадко. Хочу сказать, что лицемер и раб – это те люди, которые в душах своих имеют мало добра, но много зла.
…В те страшные, лихие 30-е годы ХХ века, когда жил, страдал и работал святитель Крымский и когда тысячи талантливых и честных людей пропадали ни за что в сталинских застенках или замерзали и гнили в лагерях, в советском обществе появилась бесподобная по красоте содержания и по силе духа патриотическая песня. Эту песню пела почти вся страна – рабочие и крестьяне, студенты, солдаты и даже школьники: «От Москвы до самых до окраин, с южных гор до северных морей человек проходит, как хозяин необъятной Родины своей. Широка страна моя родная: много в ней лесов, полей и рек. Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек!..»
Иерарху-мученику и хирургу-ученому было горько и очень тяжело на душе от лицемерной песни. И всяческие черные силы пытались сломить эту душу, но она жила. Святитель Лука хорошо понимал ту сложнейшую и двуличную обстановку, которую навязали «сверху» своему «родному народу». Чтобы не ослабевала сила в нелегкой борьбе, иерарх применял, как надежное средство, Божью правду в любом деле. Святитель Лука Крымский с его умом, мудростью и совестью становился под старость похожим на пророка Божьего. Я хочу привести цитату святого: «Как трудно мне было плыть против бурного течения антирелигиозной пропаганды и сколько страданий она мне доныне причиняет! Вы скажете, правительство вам, христианам, нанесло вред. А вспомните древние времена, когда лилась кровь христиан за нашу веру. Этим только и укрепляется христианская вера. Это все от Бога… Пройдет еще много десятков лет, прежде чем наша жизнь будет вполне нормальной».
И я верю Святому Луке.
P.S. В начале июля, а именно 4 июля этого года я приложился к мощам Святого Луки. Этот день был для меня одним из самых счастливых и светлых в моей нынешней жизни.
Новости
- 17:10 Что выбрать в Лиссабоне для отдыха на воде — яхту, вечернюю прогулку или рыбалку
- 12:19 Почему после поездки в Лиссабон хочется ещё один отпуск
- 10:59 Беларусь уходит в форель: старые рыбхозы в убытках, новые – в планах
- 16:00 Как всего несколько ложек мёда в день могут изменить ваше здоровье
- 14:30 Как быстро и легко остановить понос народными средствами!
- 22:44 Парень из Бреста после болезни в армии перенес онкологию и потерял глаз
- 09:20 Готовим и едим в Лиссабоне – мастер-класс по закускам
- 09:18 Четыре дня ткачества в Лиссабоне – как проходит ретрит у мастера
- 17:33 Дельфины под Лиссабоном – как проходит морская прогулка и сколько стоит
- 15:24 Рыбалка в Атлантике у Лиссабона – как проходит тур и что можно поймать
Из рубрики
Что выбрать в Лиссабоне для отдыха на воде — яхту, вечернюю прогулку или рыбалку
В Лиссабоне иногда хочется сделать паузу в прогулках по улицам. Например, к вам приехали гости на пару дней, и нужно быстро показать им город. Или в поездке остался свободный вечер, который не хочется тратить на маршрут по уже привычному центру. В таких случаях прогулка по воде — хороший вариант. С реки Тежу видны главные места Лиссабона, а до Атлантики можно добраться быстро.
Почему после поездки в Лиссабон хочется ещё один отпуск
Лиссабон часто представляют как город для лёгкого отдыха с солнцем, океанским воздухом, старыми трамваями, ужинами без спешки и прогулками по красивым улицам. Кажется, что здесь невозможно устать. Но у многих поездка быстро превращается в гонку по маршрутам, очередям и отметкам на карте.
Готовим и едим в Лиссабоне – мастер-класс по закускам
Мастер-класс по петискос в Лиссабоне – это формат, где за несколько часов можно не просто приготовить закуски, а понять, как в Португалии проходят настоящие посиделки за столом. Петискос – это небольшие закуски, чем-то похожие на тапас, но с местным характером. Их не едят «быстро перекусить» – их делят, обсуждают и растягивают удовольствие.
Четыре дня ткачества в Лиссабоне – как проходит ретрит у мастера
Ткацкий ретрит в Лиссабоне – это формат, где за несколько дней можно полностью погрузиться в процесс и отвлечься от привычной суеты. Это несколько дней, когда можно притормозить и спокойно заняться тем, на что обычно не хватает времени. Ткачество здесь становится не задачей, а процессом – с разговорами, паузами и вниманием к деталям.