Гомельчанин разбился в аварии, а его родители выставили на улицу его гражданскую жену с маленьким сыном

Фото: Tina777.ru

О печальной судьбе гомельской семьи рассказала газета «СБ. Беларусь сегодня». В редакционную почту пришло письмо, где гомельчанка описывает жизнь своей подруги. Которая сложилась очень непросто. Из-за несчастного случая, отсутствия оформленных брачных отношений и человеческой черствости.

Гомельчанка Полина рассказала СБ следующую историю.

Ее подруга 6 лет жила с парнем в гражданском браке. За это время он построил дом, причем деньги на него зарабатывались, по большому счету, общими усилиями, пусть и не всегда равноценными. Да, Олег успешный бизнесмен, но Оля хоть и сидела дома, все время рисовала картины, которые неплохо продавались. Сделали в доме дорогой ремонт, обставили хорошей мебелью. Самой же главной ценностью в этом райском уголке была их любовь.

При этом и Олег, и Ольга были твердо убеждены, что всякие там штампы и ЗАГСы эту любовь только испортят, мол, брачные оковы лишат чувства остроты, когда оба партнера в глубине души понимают, что его половинка абсолютно свободна… В конце концов венцом их отношений стала Ольгина беременность. Оба были на седьмом небе от счастья. Но идею ЗАГСа все равно категорически отметали, как их ни убеждали в обратном.

Впрочем, как это чаще всего случается, самые веские аргументы в любом споре выдвигает жизнь. В этом случае они получились уж слишком жестокими и, увы, уже неоспоримыми. В общем, когда Ольга была на 7-м месяце, Олег разбился на машине. Несчастная подруга Полины еле отошла от горя. Но жить надо.

И тут беда напомнила, что в одиночку к людям не является. Когда Ольга захотела прописать в доме сына, у нее ничего не получилось — собственником недвижимости был Олег. А она? Да никто она, раз уж на то пошло! Чужая тетка с младенцем на руках. Да, тема штампа в паспорте всплыла уже совсем в другом контексте. Убитые горем родители Олега совершенно законно вступили в наследство и решили дом погибшего сына продать.

Вообще, им и раньше не особо-то нравилась гражданская невестка, «непонятная дамочка», а теперь они тем более не сочли нужным с ней церемониться. И на вопрос о внуке Ольге ответили так: «А откуда мы знаем, что это Олега сын? Если бы оно так было, он бы на тебе женился! А раз нет, значит, сомневался…»

Знаете, люди в возрасте и так глухи к аргументам в пользу любви без обязательств, а тут на кону — не меньше трехсот тысяч долларов. Ну что, скажете, делать? Настаивать на эксгумации и генетической экспертизе? Отдать последнюю рубашку адвокату и начать доказывать в суде, что и как в том доме наживалось? Такое далеко не каждый выдержит. А Ольга, утверждает Полина, и подавно. Сирота, помочь больше некому, смерть любимого совсем ее подкосила…

А знаете, какой был аргумент у родителей Олега в пользу продажи дома? «У нас подрастает двое законных внуков (дети старшего сына), надо им помочь!» И этим, наверное, все сказано. И можно сколько угодно и кого угодно тут осуждать, а закон слезам не верит. И даже на самые высокие чувства смотрит только через определенную призму. В общем, соглашусь с Полиной: хорошо, когда все хорошо, но где гарантия, что так будет вечно?