
из архива газеты "Ганцавіцкі час"
«Я не оставлю это так. Не хочу злости, но буду добиваться правды. У меня сына уже нет. Я его не верну никак. А в душе боль. Считаю, что нельзя ставить опыты на маленьких детках… Вы меня простите, но это так. У меня боль в душе, что приходится хоронить родного сына», – говорит Александр, пряча слёзы.
Отец Кирилла рассказал, что если бы он знал, что родители могут сами покупать другие прививки, то они бы сделали это, но об этом ему никто не сказал.
После преследования в Беларуси Марина Зелёная переехала в Грузию, где создала проекты поддержки для соотечественников.…
32 чалавекі выйшлі на свабоду. Для іх родных гэта галоўнае. Не тэрміны, не артыкулы, не…
Дар убеждения или гипноз? Об этом говорят люди, которые стали жертвами телефонных мошенников. Как же…
Мошенники по телефону никогда сразу не говорят о деньгах. Обычно разговор начинается издалека. Звонят якобы…
Ирине позвонили в конце рабочего дня, когда телефон и так не замолкал. За несколько часов…
В Лиссабоне иногда хочется сделать паузу в прогулках по улицам. Например, к вам приехали гости…
This website uses cookies.
Read More