Что может разделять в Ганцевичах врачей и пациентов?

Всегда считала, что врачи – это люди, которые больше других понимают душу человека и относятся ко всем с пониманием  и состраданием. Однако  случай, который произошел в Ганцевичской поликлинике, пошатнул мое убеждение… Но обо всем по порядку.

Во время своего отпуска я приехала из Красноярска в родные края, в деревню Любашево, где родилась и где живут мои родные, чтобы помочь своим пожилым родителям, потому что они уже сами не все могут осилить.

На прошлой неделе я обратилась в поликлинику – похлопотать за отца Тонкаля Евгения Александровича, бывшего летчика гражданской авиации, который много лет летал на Севере, а теперь стал инвалидом 2-й группы, просила выписать ему льготные рецепты на лекарства. Взяла в регистратуре медкарточку отца, после чего меня направили в 44-й кабинет. Дождавшись своей очереди, я вошла. Там были медсестра и врач Жанна  Стрельченя. Рецепт мне не выписали, а сказали, что нужно взять талон в регистратуре. Я не понимаю зачем был талон, ведь мне же осмотр не нужен. Но я спустилась вниз. Подойдя снова к окошку, я оступилась в ямку, которая была на бетонном полу возле регистратуры и с высоты всего роста, словно подкошенная, упала. От удара о землю и боли у меня потемнело в глазах. Выбежали женщины из регистратуры.

Они и какой-то молодой человек помогли мне встать. У меня болел локоть, были рассечены  голень и колено и сильно  болело бедро.

Немного придя в себя, превозмогая боль, со слезами на глазах я взяла талон и вернулась обратно в 44-й кабинет. Я высказала врачу, что это непорядок, когда посреди пола в поликлинике – яма. Ведь там же и пожилые люди ходят, и при падении могут случиться переломы, кто-то ударится головой.

Но врач даже не подняв головы, ответила, что в больнице ремонт  и вопросы эти не к ней, она, дескать, не прораб… Меня удивило ее равнодушие. Никакого сострадания. Я даже представила, а как же она работает с больными с таким отношением? Но еще больше меня поразило, что тут же врач, которая минуту назад даже не глядя в мою сторону, разговаривала со мной тоном, словно меня и не было, подняв трубку  телефона, уже говорила с кем-то лелейно-сладким голосом. Мне показалось, будто ее подменили, словно это был уже другой человек… Талантливые в Ганцевичах врачи – настоящие актеры, только напоминает это больше театр масок.

От редакции:

Приехав в поликлинику, журналист выяснил, что неровности пола возле регистратуры действительно есть. Оказалось, что Марина Ткачева-Тонкаль не единственная, кто там падал и получил ушибы. Это подтвердили работники регистратуры, но пояснить, для чего в бетонном полу оставили дыру, никто не смог.

Расспросил журналист «ГЧ» про инцидент и жалобу на невнимательное отношение заведующего терапевтическим отделением Жанну Стрельченю. По словам Жанны Николаевны, никакого умысла  обидеть посетителя  у нее не было ни в словах, ни даже в мыслях. «То, что я потребовала талон – еще не повод для обвинений в равнодушии. Меня удивляет, что женщина так отреагировала. Ведь ни я, ни медсестра не виноваты в том, что эта женщина где-то поскользнулась, – сказала врач. – Если бы посетители знали, сколько и как нам приходится работать, то, скорее всего, таких несправедливых слов в адрес медиков у них было бы значительно меньше».

По ее словам, в настоящее время ей приходится выполнять одновременно несколько функций и принимать в несколько раз больше пациентов, чем положено по нормам. Выписка рецептов занимает времени около 15 минут, поэтому талон необходим даже для того, чтобы другие посетители не думали, что кого-то принимают без очереди.