О приключениях журналиста «ГЧ» на выборах

На всех избирательных участках побывать практически невозможно, но некоторые я все же посетила и в городе, и в деревнях Борки, Любашево и Ганцевичи. Там встречали радушно, отвечали на все вопросы.

Но основным объектом для освещения выборов был избирательный участок №3, который размещался по ул. Парковой в гимназии. Выбран он был не случайно: по седьмому избирательному округу кандидатом в депутаты был редактор «ГЧ» Пётр Гузаевский.

Все началось еще в субботу вечером…

Я пришла на избирательный участок, прошла регистрацию. В глаза бросилось чрезмерное волнение секретаря Ольги Жибурт: женщина, в отличие от «железной леди» (председателя комиссии Инны Барановской) говорила вежливо, а вот справиться с волнением никак не могла – ее выдавали дрожащие руки.

Я сделала несколько фотоснимков и попросила председателя комиссии сообщить итоги предварительного голосования. Инне Владимировне моя просьба явно не понравилась. Она высокомерно спросила, на каком основании я требую у нее эту информацию.

Я пояснила, что информация нужна для освещения выборов, на что от Инны Владимировны последовал ответ: «Я знаю Избирательный кодекс. Ничего давать вам теперь я не обязана. Если вы проявляете такой глубокий интерес к нашему участку, нужно было приходить каждый день и смотреть вывешенные протоколы, там были все цифры. Элементарные арифметические действия – и все ясно».

Инструкции и рекомендации ЦИК Инна Барановская все же читала невнимательно. В них написано, что нужно предоставить информацию журналисту, даже если он не был каждый день на избирательном участке, потому что выборы проводятся гласно и открыто.

В голову начали лезть нехорошие мысли о том, что, скорее всего, на этом участке что-то скрывают, но я старалась их отгонять. Мало ли, председатель комиссии не в духе… Приду завтра, подумала я, и спустилась на первый этаж, где находился избирательный участок №2.

Дверь была закрыта. Дернула за ручку. Выглянул сотрудник милиции, спросил, кто я и чего хочу. Я пояснила. В течение минуты дежурившая член комиссии вывесила протокол и спряталась за дверью. Досрочное голосование уже закончилось, на часах было 19.08.

День выборов

Прекрасное воскресное утро. Я вновь на избирательном участке №3. Опечатывается урна, сидят наблюдатели, подтягивается народ, идет голосование. Одними из первых проголосовавших стали двое мужчин с банными вениками.

Прежде чем идти в баню, они пришли проголосовать за достойного кандидата. Сделала фотоснимки и пошла посещать другие участки в городе.

После обеда вернулась на участок №3. Для моего материала нужны были комментарии от наблюдателей, так как узнала, что одного из них не взяли наблюдать за голосованием на дому. Разговор с ними я хотела записать на диктофон, но на участке громко играла музыка и использовать его было бесполезно.

Я подошла к председателю комиссии и попросила сделать музыку немного тише для того, чтобы я смогла поговорить с наблюдателями.

И тут началось!.. «Вы не имеете права! Вы будете мешать работе комиссии. Я вам не позволяю этого делать. Идите и опрашивайте наблюдателей за пределами избирательного участка», – сказала разъяренная Инна Владимировна и потребовала покинуть помещение.

Я попросила пояснить, на основании чего она пытается меня выдворить? Ни ссылок на закон, ни объяснения, что я нарушаю, выполняя свою обычную работу, я от нее не услышала.

«А разве вам недостаточно того, что я сказала?», – ледяным голосом ответила председатель комиссии и позвала себе в помощь сотрудника милиции. Он подошел и, не представившись, потребовал, чтобы я вышла.

Мало того, что меня выдворили из избирательного участка, так еще и сообщили председателю территориальной областной комиссии Юрию Шапелю, что меня удалили из-за того, что я якобы мешала работе членов комиссии, отвлекая их от работы.

Эта клевета меня возмутила, и я сама отправилась в райисполком к Юрию Григорьевичу. Он пояснил, что нарушений со стороны председателя комиссии не усматривает, так как она действовала согласно ст. 13 Избирательного Кодекса Республики Беларусь, и посоветовал выводить наблюдателей за пределы избирательного участка и беседовать с ними там.

Петр Гузаевский дал другой совет – обратиться в прокуратуру. И пояснил причины этого: нарушены права журналиста, нарушена ст. 13 Избирательного кодекса РБ, председатель препятствовала работе представителя СМИ, а советы выводить куда-то наблюдателей были неуместны. Задача наблюдателей – следить за ходом выборов в помещении для голосования, и получить их комментарии журналисту никто запретить не имеет права.

Я последовала совету отправиться в прокуратуру и в заявлении еще указала на незаконные действия милиции, так как общественный порядок я не нарушала.

В голове постоянно вертелся вопрос: почему не дают собирать информацию, что скрывают, чего боятся, почему такое неприязненное отношение? Напрашивался ответ: значит, есть что скрывать. Чтобы немного успокоиться, отправилась на другие участки.

Нигде больше с такой грубостью и неприязнью я не сталкивалась. Было очень обидно, что со мной так вела себя педагог, директор гимназии…

Внутренне немного отогрелась на избирательных участках в д. Любашево и д. Ганцевичи, где радушно встретили, рассказали о ходе голосования, предложили побыть у них подольше и даже предложили чаю. По словам коллеги, приветливо встречали журналиста и на участке в профлицее сельхозпроизводства.

Возвращаться на участок №3 уже не хотелось. Однако мне была поставлена задача: рассказать читателям, как проходили выборы и подсчет голосов на этом участке (выборы здесь проводились по двум округам: Коммунальному №7 и Колосовскому №8).

Во времена войны бросались грудью на амбразуру, а при подсчете голосов… спиной на камеру!

Я переборола свою обиду и пришла на участок №3. В этот раз меня никто не выпроваживал. Наверное, потому, что Петр Гузаевский как кандидат в депутаты тоже пришел на подсчет голосов.

Пришел и другой кандидат – Сергей Сороков. Перед подсчетом голосов Петр Павлович и Сергей Витальевич пожали друг другу руки. И это был здесь, пожалуй, единственный приятный момент. Потом снова пришлось окунуться в негатив и ловить мрачные и озлобленные взгляды.

Кроме Инны Барановский, которая не смогла сдерживать себя и раздражительно высказывала недовольство по поводу того, что я фотографировала, отличился и ее заместитель Вячеслав Кондратович. Ему мешали то я, то камера, он нервно бурчал, что я мешаю ему пройти, пытался заслонять своим могучим телом видеокамеру и чуть не сбил ее – благо, поймали вовремя.

Кстати, на камеру покушался и мой коллега Павел Свистунович, который, судя по его виду, даже «испугался» ее, так как демонстративно держался за сердце. И хоть мне было не до смеха, но самыми занимательными в этот вечер были «танцы» перед камерой в исполнении члена комиссии Ирины Цыбулько.

Когда я пыталась снять на видеокамеру, как члены комиссии раскладывают бюллетени по стопочкам, она мне не давала этого сделать: мелкими перебежками пыталась закрыть камеру своей… спиной. Наблюдая за происходящим, рассмеялись даже наблюдатели.

Особенно нервно члены комиссии подсчитывали голоса. Словно горячую картошку, они хватали бюллетени, закрывая пальцами значки, и сваливали их в стопки, закрываясь от видеокамеры (им было впору вручить призы за скорость).

Только в итоге работу свою эта комиссия все равно закончила позже всех остальных комиссий. А у меня осталось подозрение, что подсчет голосов был не совсем честным. Странные факты зафиксировали фото- и видеокамеры.