Жителя Любашево посадят за истязание сына

Сельчанин попал на скамью подсудимых после заявления в милицию 16-летнего сына Ивана о жестоком с ним обращении отца. Подросток жаловался, что отец наказывает его за любую провинность и избивает. В качестве доказательства он представил видео, на котором отец его связал и подносил к лицу горящую лучину. Таким образом он пытался отучить сына от курения, а жестоко наказывал за то, что он подает дурной пример младшим брату и сестрам.

После этого семьей занялись не только органы опеки, но и правоохранители: в отношении отца было возбуждено уголовное дело по двум статьям уголовного кодекса: ч.2 ст. 154 (Истязание) и ч.1 ст. 183 (Незаконное лишение свободы).

В вину Якову К. вменялось пять эпизодов физического наказания подростка, которые произошли с октября прошлого года по март нынешнего. По показаниям потерпевшего Ивана К., папа бил его не только кулаками, но и «подручными» предметами: ремнем, деревянным прутом, поленьями…

Семейные разборки: сын против отца

Эта история не оставила равнодушным, пожалуй, никого, кто о ней хоть раз услышал. Одни жалели детей: мол, отец-тиран годами гнобил детей, и вот, наконец, терпение их лопнуло, раз они решились на такой, мягко говоря, странный поступок – отдать папу под суд.

Другие, наоборот, вступались за обвиняемого, говоря, что детки теперь не подарок, отбились от рук, и отец сгоряча наказывал физически, не зная, как по-другому найти на них управу. Да и в былые времена никто не вмешивался в семьи, хотя нередко в воспитательном процессе ремень или кипятильник были главными средствами воздействия. И ничего, не жаловались, а став врослыми, еще и благодарили родителей за то, что держали в ежовых рукавицах.

Каждая семья – тайна за семью печатями: как правило, никто не догадывается, что происходит за закрытыми дверями, особенно если домочадцы не любители выносить сор из избы. А эта семья считалась едва ли не образцовой: родители верующие, воспитывают детей, делая упор на трудовое воспитание и послушание старшим. При этом обвиняемый Яков К. слыл в деревне трудоголиком, который с утра до ночи работал не покладая рук и старался привить свой образ жизни и своим детям.

К тому же односельчане, которые выступали в суде свидетелями, говорили, что обвиняемый Яков К. добрый, всем помогал, никогда не отказывал.
«До этого случая я ничего плохого о нем не слышал, скорее, наоборот, все его хвалили», – сказал один из свидетелей в суде Сергей Минько.

В свою очередь потерпевший подросток Иван утверждал, что его папа двуличный: на людях он хороший, а дома он издевался над домочадцами. Родительский пример тяготил подростка: по его показаниям, отец возложил на детей тяжкую ношу, то есть всю работу по домашнему хозяйству выполняли именно они. Нередко Яков привлекал своих детей и к другому тяжелому труду и зарабатыванию денег для семейного бюджета: сбор ягод, работа с конем в огородах сельчан, косьба приусадебных участков – это и многое другое обязаны были делать несовершеннолетние.

А вот «вольности» были под запретом. С обидой Иван рассказал о том, что папа мог наказать за то, что дети купили на заработанные деньги конфеты, лимонад, чипсы. Также наказывал отец и за то, что дети съели его «вкусняшки», которые он хранил отдельно от членов семьи. Иван рассказал, что однажды Яков К. избил младшего сына за то, что он съел папину колбасу.
Когда потерпевший несовершеннолетний Иван давал показания в суде, он сказал, что у него «накипело», что надоело терпеть прихоти отца, который всегда был чем-то недоволен и бил по малейшему поводу. Но в лицо этого он сказать папе не пожелал: прокурор заявил ходатайство допрашивать парня при отсутствии родителя.

Позже Якову К. озвучили показания сына и спросили, желает ли он что-либо сказать подростку.
«Хочу сказать сыну лишь то, чтобы не слушал всех этих доброхотов, которые подучивают наговаривать на меня», – сказал он.

Привычка – страшная сила?

С детьми из этой семьи побеседовала психолог из г. Бреста Ольга Чумакова.

Давая свои показания в суде, она сказала, что все дети были довольно закрыты, разговаривать, а тем более рассказывать, что же на самом деле происходит дома, они отказывались, и сведения из них приходилось вытягивать едва ли не по слову.

По поводу скандального видео они также не хотели ничего комментировать. Даже потерпевший Иван сказал психологу: «Оно у вас есть, и этого достаточно…»

По словам психолога, после беседы с детьми у нее сложилось впечатление, что в этой семье каждый за себя, у детей нет жалости или сострадания друг к другу: для них то, что кого-то за что-то наказывают – такое обыденное дело, на которое даже не стоит обращать внимания.

«Физическое наказание настолько привычно в этой семье, что даже не является стрессом, это норма. Такая, как, например, проснуться утром и увидеть солнце, – пояснила психолог. – Эмоции совершенно не такие, как если бы физическое наказание в семье было бы в первый раз».

Ольга Александровна сказала, что у детей, в том числе и у 16-летнего Ивана, она не заметила ненависти к отцу. Наоборот, по показаниям психолога, они сами не ожидали, к каким последствиям может привести их обращение в милицию и как далеко это может зайти.

По мнению О. Чумаковой, видео, снятое детьми, им нужно было не для суда, а для того, чтобы изменить ситуацию в семье.

Обвинение против защиты: кто кого?

Прения дались обвиняемому нелегко, ведь на кону были ближайшие несколько лет жизни. Он сидел, обхватив голову руками. Прокурор Сергей Насеня, который представлял гособвинение, утверждал, что обвиняемый виновен по всем эпизодам, что ему вменяют, то есть Яков К. был скор на расправу и наказывал детей за любую провинность, будь то несвоевременное возвращение домой или невыполнение его приказов.

Прокурор сказал, что несмотря на то, что у обвиняемого есть ряд положительных качеств и смягчающих вину обстоятельств, суд также должен учесть и то, что Яков К. издевался над своими несовершеннолетними детьми, которые находились в зависимом от него положении.

Сергей Насеня запросил для обвиняемого наказание: 5 лет колонии общего режима и штраф в размере 400 базовых величин (9 200 тысяч рублей)!

Адвокат Светлана Коршун была в корне не согласна со своим оппонентом и доказывала, что обвинение не предоставило достаточных доказательств виновности ее подзащитного. Она, как и обвиняемый, утверждала, что вменять в вину можно лишь два факта избиения, а по остальным можно лишь говорить со слов подростка.

«Можно ли верить сыну, который испытывает негативные эмоции по отношению к отцу? Возможно, он его оговаривает», – сказала адвокат.

Защитник просила суд оправдать Якова К. по обвинению в незаконном лишении свободы, а из обвинения по статье за истязание исключить три эпизода. И на основании этого назначить наказание обвиняемому в виде ограничения свободы сроком на 1 год без штрафа.

Фемида не была благосклонной…

Когда Якову К. предоставили право последнего слова, он сказал, что сожалеет о случившемся и просил дать ему шанс исправиться, обещая, что более никогда не будет наказывать малолетних детей битьем.

«Если мне придется когда-либо наказать ребенка, ограничусь углом, – сказал он. – Я и сам понимаю, что наказывал детей не по Божьим законам, не так, как сказано в Писании…»

Еще он сказал, что дома его ждут несовершеннолетние дети, которых нужно поднимать на ноги.

«Моя семья пропадет без меня», – сказал Яков К.

Суд не принял на веру его раскаяние и назначил наказание в виде лишения свободы и штраф. В срок учтут и время, проведенное под стражей – с 24 апреля 2017 года.
На данный момент приговор не вступил в законную силу. Он может быть обжалован и опротестован в установленном законом порядке.