Почему молодые специалисты меняют свою профессию

“ГЧ” уже в одном из предыдущих номеров в статье «Почему молодые специалисты бегут из колхозов?» затронул вопрос и причины, почему молодые агрономы, зоотехники не желают работать по специальности. Сейчас мы печатаем еще несколько историй из жизни тех, кто уволился из сельхозкооперативов. Рассказы героев статьи – это их мнения, которые печатаются с надеждой, что будет реакция руководства хозяйств и будут более глубоко рассмотрены причины, действительно ли условия, которые создают наниматели, не удовлетворяют молодых специалистов или причины в другом?

Меня зовут Александр. Я хочу рассказать вам историю своей жизни. Кому-то она покажется банальной, кому-то обычной, кому-то интересной. В 2005 году я поступил на агрономический факультет Горецкой сельхозакадемии, которую окончил в 2010 году и прибыл в свой родной район по распределению на двухлетнюю отработку в деревню Остров, в СПК «Крышиловичи», а в 2012 году меня отправили в Минск, в аграрно-технический университет на подготовку резерва руководящего состава, где я учился до 2014 года.

Стать агрономом я мечтал с детства. Где-то в возрасте пяти лет я гостил у бабушки, когда к ней в гости зашел агроном. Я увидел у него на плече сумку и спросил, что там лежит? Тогда он открыл ее, и я увидел красивые и интересные картинки. Агроном сказал, что это карты полей всего колхоза. По-детски я решил, что хочу такую же сумку и буду агрономом. Детская мечта и определила мой выбор.

Прибыв в колхоз на отработку, я познакомился с коллективом, в котором мне предстояло работать. Это были мой непосредственный руководитель Владимир Иванович Мышковец – председатель СПК, а также главный инженер Олег Васильевич Побудей и агроном-семеновод Иван Иванович Брижевич. Это были люди, которые меня учили работать с коллективом, обращаться с техникой и грамотно работать на полях. Мне помогали во многом главный агроном района Ольга Иосифовна Курочка и начальник отдела химизации Нина Владимировна Зуйкевич, а также мои коллеги – агрономы из соседних хозяйств. В хозяйстве были очень хорошие и грамотные механизаторы, из которых хотелось бы отметить Владимира Петровича Кононовича. Он как никто другой помогал мне в период моей работы в хозяйстве: рассказывал обо всех полях и о технике, показывал, как ее нужно настраивать и как на ней работать.

Я отработал главным агрономом четыре года и успел испробовать практически все технические профессии в колхозе: пробовал пахать и сеять, делал предпосевную обработку и химическую прополку, убирал посевы на комбайне и отвозил зерно на автомобиле, вносил удобрения и работал на погрузчике. Это мне помогло не только освоить различную технику, но и почувствовать себя в роли механизатора, который иногда за гроши делает свою работу в 30-градусную жару без кондиционера.

С жильем мне более-менее повезло. Жили мы, молодые специалисты, втроем, и поэтому нам было весело. Зимой это нам очень помогало, так как в котел мы подкидывали брикет и дровишки каждые 30 минут, и кому-то надо было дежурить возле него. Один подкидывает, а двое спят, потом меняемся.

За эти 4 года остались и неприятные воспоминания. Это постоянные придирки вышестоящего начальства, выезды на вздрючки, когда приходилось стоять по стойке смирно, как нерадивому школьнику и слушать: «Кто ты такой?». Поэтому собирали нас часто и трындюлей давали нам много – это вроде как считалось стимулом к повышению работоспособности.

Несмотря на все это, моя работа мне нравилась, я хотел работать агрономом. Но в то же время мне хотелось чего-то большего, чем работа за 3 млн рублей с рабочим днем во время полевых работ с 7 утра до 9 вечера (с марта по сентябрь), а в период уборки – до 11 ночи и без выходных. Когда у меня появились жена и дети, постоянно пропадать на работе и приходить домой, когда все спят, мне уже не хотелось. Решил, что нужно искать другую работу.

Можно было бы остаться в хозяйстве, если бы мне дали работу в городе или рядом, но, к сожалению, места мне не нашлось – те вакансии, которые я мог бы и хотел занять, железобетонно застолбили пенсионеры-карьеристы, для которых, по моему мнению, выгоднее быть лицемерами-подхалимами, чем заботиться о растениеводстве.

Но получилось так, как получилось: отработав 4 года по специальности, я ушел работать в частную структуру, где за те же деньги у меня 2 выходных и рабочий день с 9 до 17. Теперь я не жалею, что ушёл из хозяйства, да и мозг мне никто не выносит.

Когда я поступал в сельхозвуз, нас называли патриотами, но теперь я пришел к выводу, что патриоты – это те, кто остался работать в колхозе.

Михаил Корольков как молодой специалист тоже начинал работу в Ганцевичском районе. Он рассказывает:

– Я окончил Горецкую сельхозакадемию в 2011 году и прибыл на отработку в СХПК «Любашево» сразу на должность главного агронома. К сожалению, ни отработать, ни поработать толком у меня не вышло. Проработал здесь я только полгода. Все, что мне запомнилось за то время, – это постоянные обещания, придирки и двоякое отношение. Обещаний не жалели, а на деле все это были пустые слова. Сразу обещали мне служебное авто. Но оно было сломано, а чинить его никто хотел. Потом обещали скутер, но денег, чтобы купить его, не было. Потом обещали велосипед, но и его не дали. Для передвижения по хозяйству мне приходилось использовать свои ноги да попутные трактора. Жилье дать мне тоже обещали, но жить пришлось на съемной квартире и платить за нее самому. Правда, был вариант: предлагали подождать, пока построят новый дом, и переехать туда. Хорошо хоть, что выручила главный агроном района Ольга Иосифовна Курочка: она выбила мне комнату в общежитии ПМС, за которую мне пришлось опять платить самому. Рабочую одежду мне не выдавали, а рабочий день начинался с 6.30 и длился до поздней ночи. Платили мне за это около 150 у.е.

Работа мне нравилась, мне хотелось жить и работать на Ганцевщине. Но это было проблемно сделать при существующих условиях, а самое главное, при таком отношении со стороны руководства ко мне. Когда я посадил картофель на своих сотках и хотел выкопать урожай, мне не дали этого сделать: чтобы его выкопать, меня не отпускали с работы, а когда я нанял людей, то было уже поздно – это поле запахали, а вместе с ним и мой картофель, за которым я ухаживал и вкладывал туда свои силы и деньги.

На учебу в автошколу три раза в неделю по 2 часа меня также отказались отпускать, и приходилось убегать украдкой. А в довершение ко всему, когда умерла моя бабушка, меня не отпустили на похороны. Не выдержал такого отношения я уже тогда, когда пришло письмо, что без вести пропал мой брат и нужно ехать его искать. Я уехал на его поиски, а через пару дней мне пришло письмо с уведомлением, что я уволен. При таком отношении и таких условиях жизни работать дальше я все равно бы не остался.

Я вернулся в родной город Оршу. Теперь работаю охранником в супермаркете, у меня 3 рабочих дня в неделю и зарплата 4 миллиона. Меня это устраивает.